Образ мира

Необходимо всемерно поддерживать желание молодых прихожан собираться вместе для чтения и обсуждения Священного Писания. Личное отношение к Слову Божию, выраженное в кругу людей, которым можно доверять и на духовную поддержку которых можно опереться, помогает молодому человеку осмыслить веру и церковную жизнь. И если священник сам не имеет возможности проводить подобные встречи, он обязан помочь в этой работе тому, кто чувствует в себе духовные силы и укоренен в церковной традиции.

http://www.patriarchia.ru/db/text/1061651.html

Литургия в переводе с греческого — «общее дело».

Здесь практикуется и малораспространенная форма духовного общения — евангельские беседы. Группа человек в 15 собирается для совместного чтения Священного Писания. «Но я, - говорит отец Евгений, - там не вещаю, а участвую наравне со всеми». Священные строки читаются вдумчиво, им внимают умом и сердцем. Во исполнение завета «Где двое или трое соберутся во имя Мое, там и Я посреди них» у слушателей возникают интуитивные прояснения в восприятии прочитанных истин, озаряют особо глубокие проникновения в текст. И этим надо во всеуслышание делиться. Спорить и возражать не полагается, предлагать свое осмысление евангельской строки — пожалуйста.

– Однако чем-то это напоминает собрание протестантских общин…

– Только поверхностно. Но это и подзабытый опыт православной жизни. Тем более что сия практика уже возрождена в Москве по рекомендации Патриаршего Крутицкого подворья.

– И что, в данных бдениях даже Вы лично что-либо для себя открываете новое?

– Да, конечно. Если опустить конкретности, то великая ценность этих бесед в том, что сокровенное «там и Я посреди них» действительно ощущается. Происходит актуализация нашей веры, возникает чувство братского единства.

Читать далее

Мы, сербы, помним еще недавнее существование народных артелей, которые сегодня практически исчезли. В артель входило нескольких десятков членов, иногда их количество достигало сотни, и жили они в мире и согласии. Но если жизнь в артели становилась нестерпимой, то есть, если не было любви и согласия, они распадались и разделялись, потому что ее члены не выдерживали тирании над личностью. Люди не хотели, чтобы общий дом подавлял или выдавливал самих домочадцев. Нет сомнений, что наши сербские артели были продуктом Православной Церкви, а не «славянским наследием», как считают некоторые, так как жизнь нашего народа веками была пронизана церковностью и православной общностью. Поэтому наша семья была «малой церковью», как говорил отец Иустин, или словами владыки Николая - каждый сербский дом веками был образом «малого монастыря».