Проблема возрождения приходской жизни – это проблема Церкви постсоветского периода: нет больше общин, все быстрее общество распадается на атомы, все яснее оказывается, что человек человеку бревно. Добрая улыбка и участливое отношение прихожан к новому прихожанину, возможно, поможет ему навсегда остаться в лоне Церкви, грубо сказанное слово, напротив, может закрыть дорогу к храму на долгие годы. Сложно бывает войти новому человеку в сложившуюся общину, сложно найти столь чаемое избавление от одиночества. И напротив, влившись в приходскую жизнь, сложно бывает вспомнить, что храм – это все же не клуб по интересам.
Мы попросили рассказать о проблемах построения прихода и приходской жизни известного московского протоиерея Алексия Уминского, создавшего в храме Святой Троицы в Хохлах дружную общину.
Отец Алексий, расскажите пожалуйста, такая дружная община, которая сложилась у Вас в приходе - это получилось само собой или потребовались большие усилия?
- Конечно, потребовалось множество усилий, это была моя цель – как настоятеля храма – создать такую общину. В своё время, я получил разрушенную церковь с очень немногочисленным приходом. И это понятно – наш храм находится в таком районе Москвы, где через каждые тридцать метров есть храмы, а население очень малочисленное. Поэтому надо было употребить все усилия на то, чтобы людям захотелось быть вместе. Чтобы их объединяла Евхаристическая жизнь и жизнь после службы.
У нас регулярно проходит трапеза после службы для всех прихожан; мы начали не с воскресной школы, а с бесед для взрослых, потом постепенно люди сами стали изыскивать для себя возможность служения ближним. Проблемы, конечно, были и есть. Когда проблем нет – это означает, что община умерла.
Часто бывает так, что человек, придя в храм, видит там уже сложившуюся, очень дружную, но закрытую общину. Ему в неё путь закрыт - там все свои. Что делать? Знакома Вам такая проблема – одиночество в общине?
- Знакома. У нас не очень большая община, я знаю всех в лицо и по имени. Все друг друга так же прекрасно знают, все переженились, детей родили, стали кумовьями, и это очень хорошо. Но основная проблема в том и состоит - что общине хорошо внутри себя. Новому человеку войти в неё очень непросто: все места заняты. Что делать? Это надо разрушать.
Священник, если он замечает что-то подобное у себя в общине, должен с этим бороться. Потому что христианская община – это не место, где люди собираются «своей тесной компанией», где им хорошо друг с другом. В моём представлении – христианская община это такое место, ну, своего рода тренировочная площадка, где людям проще в общении друг с другом исполнять евангельские заповеди. Они там этому учатся, тренируются. Потому что здесь, внутри общины - где все свои близкие и родные – это очень просто. Проще любить, служить, уступать, смиряться, проще выполнять то самое сложное, что написано в Евангелии. И если человек забывает обо всем, живёт только внутри общины и принимает только то, что ему приятно – это плохо. Поэтому, когда «занимают свои места, согласно купленным билетам» - с этим надо бороться.
У нас был в приходе такой случай. На Пасхальную службу приходит, как правило, много людей «с улицы», «чужих». После службы бывает трапеза для всех, и может получиться так, что «своим» мест может не хватить. И тогда некоторые наши прихожане решили «забить» себе место за праздничным столом, они разложили за столом листочки со словами «занято». Они были уверены в своей правоте. «Мы же целый год трудимся тут, работаем, так готовились к Светлому празднику…и тут пришли чужие – поели и ушли. Мы все старались, готовили для себя… Как же так?». Да, психологически всё понятно. Пришёл хор - а хору места не хватило. Конечно, обидно. Но ведь это и есть тот самый печальный случай! Прихожане всю Страстную неделю пробыли в храме – какие песнопения, какие слова они слушали, сострадали! Например, как Господь умывал ноги ученикам. Страстная седмица прошла и вдруг прихожане в какой-то момент забыли всё это, и хочется только одного – посидеть за столом, пообщаться спокойно, порадоваться со своими. Чужие тут как-то ни к чему…
Так что приходится с этим бороться, объяснять, ведь непросто до человека такое донести.
Мы попросили рассказать о проблемах построения прихода и приходской жизни известного московского протоиерея Алексия Уминского, создавшего в храме Святой Троицы в Хохлах дружную общину.
Отец Алексий, расскажите пожалуйста, такая дружная община, которая сложилась у Вас в приходе - это получилось само собой или потребовались большие усилия?
- Конечно, потребовалось множество усилий, это была моя цель – как настоятеля храма – создать такую общину. В своё время, я получил разрушенную церковь с очень немногочисленным приходом. И это понятно – наш храм находится в таком районе Москвы, где через каждые тридцать метров есть храмы, а население очень малочисленное. Поэтому надо было употребить все усилия на то, чтобы людям захотелось быть вместе. Чтобы их объединяла Евхаристическая жизнь и жизнь после службы.
У нас регулярно проходит трапеза после службы для всех прихожан; мы начали не с воскресной школы, а с бесед для взрослых, потом постепенно люди сами стали изыскивать для себя возможность служения ближним. Проблемы, конечно, были и есть. Когда проблем нет – это означает, что община умерла.
Часто бывает так, что человек, придя в храм, видит там уже сложившуюся, очень дружную, но закрытую общину. Ему в неё путь закрыт - там все свои. Что делать? Знакома Вам такая проблема – одиночество в общине?
- Знакома. У нас не очень большая община, я знаю всех в лицо и по имени. Все друг друга так же прекрасно знают, все переженились, детей родили, стали кумовьями, и это очень хорошо. Но основная проблема в том и состоит - что общине хорошо внутри себя. Новому человеку войти в неё очень непросто: все места заняты. Что делать? Это надо разрушать.
Священник, если он замечает что-то подобное у себя в общине, должен с этим бороться. Потому что христианская община – это не место, где люди собираются «своей тесной компанией», где им хорошо друг с другом. В моём представлении – христианская община это такое место, ну, своего рода тренировочная площадка, где людям проще в общении друг с другом исполнять евангельские заповеди. Они там этому учатся, тренируются. Потому что здесь, внутри общины - где все свои близкие и родные – это очень просто. Проще любить, служить, уступать, смиряться, проще выполнять то самое сложное, что написано в Евангелии. И если человек забывает обо всем, живёт только внутри общины и принимает только то, что ему приятно – это плохо. Поэтому, когда «занимают свои места, согласно купленным билетам» - с этим надо бороться.
У нас был в приходе такой случай. На Пасхальную службу приходит, как правило, много людей «с улицы», «чужих». После службы бывает трапеза для всех, и может получиться так, что «своим» мест может не хватить. И тогда некоторые наши прихожане решили «забить» себе место за праздничным столом, они разложили за столом листочки со словами «занято». Они были уверены в своей правоте. «Мы же целый год трудимся тут, работаем, так готовились к Светлому празднику…и тут пришли чужие – поели и ушли. Мы все старались, готовили для себя… Как же так?». Да, психологически всё понятно. Пришёл хор - а хору места не хватило. Конечно, обидно. Но ведь это и есть тот самый печальный случай! Прихожане всю Страстную неделю пробыли в храме – какие песнопения, какие слова они слушали, сострадали! Например, как Господь умывал ноги ученикам. Страстная седмица прошла и вдруг прихожане в какой-то момент забыли всё это, и хочется только одного – посидеть за столом, пообщаться спокойно, порадоваться со своими. Чужие тут как-то ни к чему…
Так что приходится с этим бороться, объяснять, ведь непросто до человека такое донести.
http://www.pravmir.ru/article_2600.html
| < Предыдущая |
|---|
